Солженицын и пустота

Государственный официоз "Российская газета" пригласила меня принять участие в камланиях, посвященных юбилею Февральской революции. Даже не самой революции, а статье Солженицына о ней.

А дело в том, что я никогда никакого Солженицына не читал. Веренее в школе я прочитал про будни Ивана Денисыча и понял, что дальше читать не интересно. И не стал.

Вот, а теперь мне прислали его статью о Феврале и это было откровение! Никогда бы не подумал, что Солжик занимает в литературе и общественной мысли то же место, что группа Тату на эстраде. Я все же думал, что Исаевич - это Кобзон. Или какой-нибудь Тальков. А он - "Тату". Иванушка-интернейшенл.

Ничего более филистерского, поверхностного, плоского и, одновременно, напыщенного я уже давно не видел. Ну разве что в ЖЖ странички ушибленных реакционеров. Да и то...

Первое что царапает глаз в размышлениях великого писателя - это язык. Надо долго работать над собой, чтобы освоить все эти "измыслили", "огруженный", "расположение привязанностей и беспокойств", "процесс померкания национального сознания", "ибо", "яко" и, конечно, "поелику". Как это "померкание"? Какое, в жопу, житие твое?

Впрочем, черт с ним, со стилем. Главное зрить в корень. С этим у нобелевского лауреата все в порядке. Тезис первый: ничего не было. Вот как:
 
"Но в 1905-06 не произошло существенных перемен государственной и народной жизни, и не было движения миллионных масс: была симуляция революции... А Февраль - даже неправдоподобен: дремота страны, ничтожное участие масс... А Октябрь - короткий грубый местный военный переворот по плану, какая уж там революция?"

Действительно, какая? Никакой, можно сказать. Одна срамота!

Тезис второй: вся эта нелепая, трагическая случайность "воспоследствовала" за неверным и роковым "расположением привязанностей и беспокойств" Государя (неизменно с большой буквы "Г"!). Ведь если бы "микробы кори нашли горла царских детей в Могилеве, а не в Царском", то все бы "переменилось", "открывая возможность иного хода российских событий". Протопопов не смог бы мрочить Г., до Г. дошли бы телеграммы царицы ("Те перехватчики, лишившие Государя знания (не иначе Господь Бог! -П.) в самый опасный день, может быть больше склонили судьбу России, чем целый красный корпус в Гражданскую войну". Во как. Перехватчики виноваты). Ах, какая жалость, что Г. поехал в Псков и оказался там в одиночестве, без поддержки домочадцев! Окажись он в Ставке и... он бы прекрыл подвоз хлеба в столицу! И тогда - красота: "А чуть-чуть затем изменись положение, стань в Петрограде вместо фунта хлеба - полфунта, затем и четвертушка - смакует благообразный Александр Исаевич - и все эти расхлябанные, необученные да и не вооруженные запасные батальоны с такой же легкостью отъединились бы (стиль!- П.) от революции... и быстро бы пересохли глотки у ораторов, они бы кинулись через финскую границу, а не толкали бы в Действующую армию "приказ №1""!

Стало быть, правы были большевики с анархистами, когда говорили о "костлявой руке голода", которой контрреволюция хочет задушить столицу? А им все: "провокаторы", "паникеры"...

Ближе к концу, на 25 странице Солжик переступает через себя. Да, говорит он, был наш последний Г. "добрым христианином", прекрасным семьянином и вообще дамой приятной во всех отношениях, но... Но не годился. Не дотягивал. Твердости не было. Характером не выдался. Надо было пулеметами по толпе ("никакая революция против пулеметов невозможна!"), а он щадил... Так вот из-за того, что "микробы кори" так неаккуратно обшлись с этим ничтожеством  Г., вот именно из-за этих роковых микробов и рухнуло все ("Все что нажито непосильным трудом!").

Так и что бы все это значило? Отчего микробы так несправедливо обошлись с вековой монархией? Ну, это как раз ясно: "Смута послана нам за то, что народ Бога забыл. И я думаю, что это привременное (что бы это не значило - П.) народное объяснение уже глубже всего того, что мы можем достичь и к концу 20 века самыми научными изысканиями". Тут я лично присоединяюсь к Исаичу: конечно, любая банальность - гораздо глубже того, что он (с единомышленниками) может достичь своими изысканиями! Никаких сомнений!

И вот, забыл народ Бога и оттого у народа случился "национальный обморок" и "полная потеря национального сознания". "Надо было бы по народу из пушек, из пулеметов, а потом - плетьми... вот тогда бы национальное сознание ого-го!" Впрочем и басурманам рано радоваться, им тоже будет плохо (но позже):

"Тут, быстротечно, сказалась модель опять-таки мирового развития (Да неужели?! - П.). Процесс померкания национального сознания перед лицом всеобщего "прогресса" происходил и на Западе... и развязка еще впереди." Вот что правда - то правда! Ей, впереди!

ЗЫ. Ну все, я побежал говорить про микробы и про померкание. Интересно, меня звали как анфан-терибля? Ну я им сейчас устрою расположение привязанностей и беспокойств! Следите за прессой!